Мы сами вершители реальности

Прочла очень интересную притчу переделанную на современный лад. Эта притча о том, как мы сами вершим свою жизнь. Задумайтесь, ведь таким образом в нашей жизни складывается все: семья, карьера или бизнес, взаимоотношения и т.д.

«Жили-были на свете обыкновенные муж по имени Иван и жена его, Елена…

Возвращался муж с работы, в кресло у телевизора садился, газету читал. Жена его, Елена, ужин готовила. Подавала мужу ужин и ворчала, что по дому он путного ничего не делает, денег мало зарабатывает…

Ивана раздражало ворчание жены, но грубостью он ей не отвечал, лишь думал про себя: «Сама лахудра неопрятная, а еще указывает. Когда женился только, совсем другой была – красивой, ласковой».

Однажды, когда ворчавшая жена потребовала, чтобы Иван мусор вынес, он, с неохотой оторвавшись от телевизора, пошел во двор. Возвращаясь, остановился у дверей дома и мысленно обратился к БОГу:

- Боже мой, Боже мой! Нескладная жизнь у меня сложилась. Неужто век мне весь свой коротать с такой женой ворчливой и некрасивой? Это же не жизнь, а мучения сплошные.

И вдруг услышал Иван голос Божий:

- Беде твоей, сын Мой, помочь я смог бы: прекрасную богиню тебе в жены дать. Но коль соседи изменения внезапные в судьбе твоей увидят, в изумление великое придут. Давай поступим так: твою жену Я буду постепенно изменять, вселять в нее богини дух и внешность улучшать. Но только ты запомни, коль хочешь жить с богиней, жизнь и твоя достойною богини стать должна.

- Спасибо Боже! Жизнь свою любой мужик ради богини может поменять. Скажи мне только: изменения когда начнешь с моей женой творить?

- Слегка Я изменю ее прямо сейчас. И с каждою минутой буду ее к лучшему менять.

Вошел в свой дом Иван, сел в кресло, взял газету, и телевизор вновь включил. Да только не читается ему, не смотрится кино. Не терпится взглянуть – ну хоть чуть-чуть меняется его жена?

Он встал, открыл дверь в кухню, плечом оперся о косяк и стал внимательно разглядывать свою жену. К нему спиной она стояла, посуду мыла, что после ужина осталась.

Елена вдруг почувствовала взгляд и повернулась к двери. Их взгляды встретились. Иван разглядывал жену и думал: «Нет, никаких изменений в моей жене не происходит».

Елена, видя необычное внимание мужа и ничего не понимая, вдруг волосы свои поправила, румянец вспыхнул на щеках, когда спросила:

- Что ты, Иван, так смотришь на меня внимательно?

Муж не придумал, что сказать, смутившись сам, вдруг произнес:

- Тебе посуду, может быть, помочь помыть? Подумал почему-то я…

- Посуду? Мне помочь??? – тихо переспросила удивленная жена, снимая перепачканный передник, – так я ее уже помыла.

«Ну, надо же, как на глазах меняется она, – Иван подумал, – похорошела вдруг». И стал посуду вытирать.

На другой день после работы с нетерпением домой спешил Иван. Ох, не терпелось посмотреть ему, как постепенно в богиню превращают его ворчливую жену.

«А вдруг уже богини много стало в ней? А я по-прежнему никак не изменился. На всякий случай, прикуплю-ка я цветов, чтоб в грязь лицом перед богиней не ударить».

Открылась в доме дверь, и растерялся завороженный Иван. Перед ним Елена стояла в платье выходном, том самом, что купил он год назад. Прическа аккуратная, и лента в волосах. Он растерялся и неловко протянул цветы, не отрывая взгляда от Елены.

Она цветы взяла и охнула слегка, ресницы опустив, зарделась.

«Ах, как прекрасны у богинь ресницы! Как кроток их характер! Как необычна внутренняя красота и внешность!»

И охнул в свою очередь Иван, увидев стол с приборами, что из сервиза, и две свечи горели на столе, и два бокала, и пища ароматами божественными увлекала.

Когда за стол он сел, напротив жена Елена тоже села, но вдруг вскочила, говоря:

- Прости, я телевизор для тебя включить забыла, а вот газеты свежие тебе приобрела.

- Не надо телевизора, газеты тоже мне не хочется читать, все об одном и том же в них, – Иван ответил искренне, – ты лучше расскажи – как день субботний завтрашний хотела б провести.

Совсем опешив, Елена переспросила: «А ты?»

- Да два билета в театр по случаю для нас купил. Но днем, быть может, согласишься ты пройтись по магазинам. Раз нам театр придется посетить, так надо в магазин зайти сначала и платье для театра для тебя достойное купить.

Чуть не сболтнул Иван заветные слова: «платье, достойное богини», смутился, на нее взглянул и снова охнул. Перед ним сидела за столом Богиня. Лицо ее сияло счастьем, и глаза блестели. Улыбка затаенная немножко вопросительной была.

«О Боже, как прекрасны все-таки богини! А если хорошеет с каждым днем она, сумею ль я достойным быть богини? – думал Иван, и вдруг, как молния его пронзила мысль: «Надо успеть! Успеть, пока богиня рядом. Надо просить ее и умолять ребенка от меня родить. Ребенок будет от меня и от прекраснейшей Богини».

- О чем задумался, Иван, или волненье вижу на твоем лице? – Елена спрашивала мужа.

А он сидел, взволнованный, не зная, как сказать о сокровенном. И шутка ли – просить ребенка у Богини?! Такой порядок БОГ ему не обещал. Не знал, как о своем желании сказать Иван, и встал, скатерку теребя, и вымолвил, краснея:

- Не знаю…Можно ли … Но я… сказать хотел… Давно… Да, я хочу ребенка от тебя, прекрасная Богиня.

Она, Елена, к Ивану мужу подошла. Из глаз, наполненных любовью, счастливая слеза на щеку алую скатилась. И на плечо Ивану руку положила, дыханьем жарким обожгла.

«Ах, ночь была! Ах, это утро! Этот день! О, как прекрасна жизнь с Богиней!» – думал Иван, второго внука на прогулку одевая…»